Александр Евдокимов — СтихиСтихи молодого рязанского поэта Александра Евдокимова. Удивительно прекрасные, живые, душевные, остросоциальные и как никогда актуальные — эти стихи пробуждают в людях человечность, вдохновляют и зовут на борьбу — и порой гораздо лучшее сотен современных публицистических и агитационных статей. Редакция в восхищении.
Публикуем с разрешения автора.
Скачать все стихи одним файлом можно по ссылке.

 

Оглавление

Бойня

Бунтарь

Бывает, нами…

В погоне

Галерея природы

Гордость

Готовы согласиться

Дань моде

Держитесь за совесть

Должно быть

Если вам…

Если жизнь…

Если твой возраст…

Жаль

Жизнь несправедлива

Задача

Звук

Зеленеет Русь

И тяжело

Интересный прецедент

Как часто

Каких ещё

Костёр

Коллектив

Культурный спад

Литературная почва

Любимая Русь

Люди смотрят

Людское

Мне будто…

Мне радостно

Мы все однажды поседеем…

Не верю…

Не стоит доверять…

Нечестный мир

Несправедливость

Никудышна в стране…

Ориентир другим…

Отчего

Отнимают страну

Первый шаг

Плот

Понял я вещь

Пора задуматься

Пора понять

Пословица

Примеси

Пробирает строфа

Простаки

Протест

Прохиндей

Путь

Рабы

Ради чего…

Раздел Истории

Рифмач

Серое облако

Скажите

Сколько места в душе…

Смотрите по сторонам…

Ссора

Страна трещащая

Стыдно

Счастье

Там, где…

Тяжело на душе…

Устал

Философский корабль

Хочешь, представишь…

Цель

Человек

Я вспомнил…

Я не верю…

 

 

 

Бойня

Прекрасна жизнь без жертв и бойни,
Без войн, предательств и убийств,
Но не умеем жить спокойней,
Воюем без причин на бис.

Порой воюем от безделья,
По воле властного глупца,
Который вдруг нашёл веселье
В смертях и запахе свинца.

За чьи-то деньги и амбиции,
И только изредка за честь
Мы, надевая амуницию,
Готовы снова в пекло лезть.

Кому-то видно очень нужны
Людские стоны, горе, плач…
Когда мы злобны и не дружны —
Нам богом кажется палач.

Нам зверство раздаёт советы,
Нам чудится привычным быт,
Когда на полках пистолеты,
Когда ты заживо зарыт!

Покуда всё это продлится?
Уж очень любопытно мне:
Сумеет люд не быть убийцей?
Чтоб объявить войну войне!

Прекрасна жизнь без жертв и бойни,
Без войн, предательства и убийств,
Но снова пуля ждёт в обойме
И вновь издаст нещадный свист…

Бунтарь

И в новое время и встарь,
Какими бы не были власти,
Всегда появлялся бунтарь,
Всегда накалялись страсти.

Веков безупречных нет,
Найдётся такой, кто решится
В один судьбоносный момент
С миром вокруг не мириться.

Сначала он слаб и один,
Но пролетают годы,
И этот простолюдин
Ведёт за собой народы.

Чиновник кричит: Шпион!
Церковник кричит: В нём бесы!
А всё, потому что он
Защитник людских интересов.

Не лжец и не подхалим,
Без должности, блата и ксивы,
Поэтому люд за ним
Образовал массивы.

Но если однажды каркас
Ослабленный брешами треснет,
Отнимут надежду враз.
Не будет победной песни.

И не прикрытый герой
Бросит последние взгляды
На коррупционный рой,
Который не даст пощады.

Кто всех впереди идёт
Не забивается в угол,
Чьё имя в умах живёт,
Тот не бывает напуган.

Толпа говорит не зря:
Страшнее всего для режима,
Если убив бунтаря,
Идеи останутся живы.

Развеются дым и гарь,
Былое забудут отчасти,
И новый придёт бунтарь,
И накалятся страсти!

Бывает, нами…

Бывает, нами прожитые дни
Всплывают в памяти нечаянно без спроса
И дразнят, мол попробуй их верни,
Жужжат, как надоедливые осы.

Но будто в силах сразу изменить
Давно ушедшее в давно забытом прошлом,
Мы начинаем вновь себя корить
За каждую ошибку и оплошность.

И вспоминать какой-то светлый миг
Из старых встреч, из старой переписки,
В которых мы людей совсем чужих
Так сильно полюбили словно близких.

Порой улыбка яркая сойдёт,
Вдруг вспомнится печальное и злое,
Ведь тех, кто больше не живёт
С собой навечно увело былое.

Живите так, чтоб много лет спустя,
Смотреть седым не стыдно было в зеркало,
Лишь те года нам в старости не мстят,
Где нами ничего не исковеркано.

В погоне

В погоне за красивым и блестящим
Мы перестали под ноги смотреть,
Едва схватив, по-хищнически тащим,
Всё то, что не понадобится впредь.

Ненужное, дешёвое по сути,
Но очень дорогое по цене…
И кто не разобрался в этой мути,
Как человек уже не уцелел.

Он в общем жив и бодрствует телом,
А вместо сердца денежный мешок
Качает мзду — причину беспредела,
Стоит бессовестный, бесчестный запашок.

И лавочник народом уважаем,
Народу почему-то невдомёк,
Что просто потребителей рожаем,
А нашим миром правит кошелёк.

Мы табуном втоптали настоящее,
Не чувствуя, как подгоняла плеть,
В погоне за красивым и блестящим
Совсем забыли под ноги смотреть.

Галерея природы

В стенах картинных галерей,
К толпе не прижимаясь плотно,
Мы не спешим идти быстрей,
Чтоб лучше разглядеть полотна.

Весенний парк и небеса
Нас увлекли, нам интересно,
Но ведь художник написал,
Что окружает повсеместно.

Искусство замедляет шаг
Не тем, что хороша картина,
Мы просто по уши в делах
Не видим это за рутиной.

Людей влечёт не всё подряд,
Ведь человек гораздо чаще
Свой останавливает взгляд
Лишь на живом и настоящем.

Но в жизни некогда порой
Притормозить, полюбоваться,
С утра шагнув в гудящий рой,
Нельзя из роя выбиваться.

И рассуждая о высоком,
Не видим, как природа зреет…
Нередко вид из наших окон
Получше всякой галереи.

Гордость

Я твёрдо убедился в том,
Что необузданная гордость
Мешает вырваться из догм
И все дела ведёт в негодность.

Другое слушать не готов,
Чужой не признаётся вывод,
Как-будто непролазный ров
Вокруг тебя нарочно вырыт.

Где неприлично задран нос —
Не значит повышают планку,
Там просто ложью на износ
Пытаются скрывать изнанку…

Готовы согласиться

Со всем ли мы готовы согласиться?
Списать, как говорится, на авось
И пропустить событий вереницу,
Мол ничего плохого не стряслось.

Неужто ради личного покоя,
Наивно думаем, что нам сойдёт с руки
Принятие вражины за героя,
Бездействие, где нужны кулаки.

Впитавшие продажное и пошлое,
Имеем жалкий несуразный вид,
И вряд ли наше доблестное прошлое
Когда-нибудь за это нас простит.

Без всяких модных пафосных словечек
Я задаю вполне простой вопрос:
Предел терпения людей на сколько вечен?
А люди умничают, задирая нос.

Наглеют дальше должностные лица,
Но нет протеста, значит прижилось…
Со всем ли вы готовы согласиться?
Списать, как говорится, на авось.

Дань моде

Дань отдавая моде,
Таланты погрязли в ней,
Забыли совсем о народе
И не творят для людей.

Многое стало не важно,
Особенно честный труд,
Когда на купюре бумажной
Нули непрерывно растут.

Творчество мчится мимо,
Не тормозит у сёл,
Поёт о себе любимом,
Хвалит себя за всё.

Они поднимают цены
Бессовестно за билет,
А микрофоны и сцены,
Терпят бездарный бред.

Но тех, кто на это ходит —
Зрителей вовсе не жаль,
Где преклоняются моде,
Там погибает мораль.

Держитесь за совесть

Держитесь за совесть не слабо,
В бессовестность чтобы не пасть,
И вас не испортит слава,
И вас не испортит власть.

Судьба не сроднит со злодеями,
Не даст потерять головы,
Если руками обеими
За совесть держитесь вы.

И если совесть почувствует
Искренний, сильный хват
Туда, где она отсутствует,
Направит вас, как солдат.

Должно быть

Должно быть так, чтоб все честны,
Чтобы равны перед законом,
Чтоб добрые нам снились сны,
Решёток не было оконных.

Чтоб пьяным не давали руль,
Чтоб вовсе не осталось нищих,
Чтобы отверстия от пуль
Не наблюдались на жилищах.

Чтоб непохожие на нас
Не провожались хищным взглядом,
Чтоб не гнобил ребёнка класс
Из-за дешёвого наряда.

Чтобы неправда на виду
Без фильтра для простолюдина
Чтобы ответственность за мзду
Везде для всякого едина.

Чтобы товарищи верны,
Чтоб уважали педагогов,
Чтоб просто не было войны
Нигде ни под каким предлогом.

Но в жизни всё наоборот,
И должное считая ложным,
Кричит уверенно народ,
Что никому никто не должен…

Если вам

Если вам человек о судьбе толковал,
Вы не спорьте напрасно с таким,
Те, кто прячутся за суеверный вал,
Всё валить на судьбу мастаки.

Для них жизнь это план (непонятно чей),
Каждому предначертан заранее.
Колдуны и гадалки вместо врачей,
И не нужно научное знание.

Получается так, что поступки не в счёт,
Лишь судьба свой имеет взгляд,
И мерзавец-ворюга народом прощён.
«Воровская судьба», — говорят.

Наше общество странный имеет изгиб,
В нём веками ведётся борьба
Против тех, у кого появились мозги,
Ведь над ними не властна судьба.

По приданиям нечисть в потёмках кишит,
Только это искусственный страх,
Не страшна темнота, там где свет не горит,
А страшна темнота в головах…

Если жизнь

Если жизнь оседлав, остальным в пример,
Смело скачешь туда и сюда,
Знай, она не любой сможет взять барьер,
Или выбьет вообще из седла.

Осторожнее будь, не бросайся в галоп,
Не надейся на острые шпоры,
Много из седоков разбивало лоб,
Вдруг лишившись надёжной опоры.

Видишь, всадник другой и уверен, и быстр,
Хлещет жизнь беспощадно хлыстом,
Уж поверь, неспроста у него этот хлыст,
И в седле он сидит не простом.

Да и конь у него не такой как твой,
И подковы не те и узда,
Он с пелёнок верхом, чей-то сын золотой,
Для него верховая езда.

Вся семья его — знать, всадники ещё те,
Каждый родственник на жеребце,
Под копытами их весь народ в нищете,
С пылью на крепостном лице.

Не для нас это скачка, не нам управлять,
Не для нас прыткой жизни кони,
Нам хотя бы попробовать бы оседлать,
Невысокого, доброго пони.

Если твой возраст

Если твой возраст большой —
В паспорт с улыбкой смотри,
Не вздумай стареть душой,
Не вздумай седеть внутри.

Пускай пожилое число
Лишь сторожит документы,
Не вздумай бросать ремесло,
Не вздумай терять моменты.

Поступками если сверкал,
И слово держал как мужчина —
Не важно сколько зеркал
Твои отражают морщины.

Жаль

Жаль не сможет, не перенесёт
Меня чудо в минувшую дату,
Я бы заново пережил всё,
Что пришлось пережить когда-то.

Я бы там ничего не менял,
Оставляя на прежнем месте
Огорчающие меня
И нередко хорошие вести.

Не люблю облачать во враньё
Ни один свой прошедший день,
Прошлое не обманешь своё,
Хоть в какое враньё одень…

Жизнь несправедлива

Вся наша жизнь несправедлива,
И справедливым быть — не в такт,
Внутри людей дрянного слива
Гораздо больше — это факт.

Уже злодейские привычки
Совсем не вызывают шок,
Меняем имена на клички,
Страну на денежный мешок.

Не стоило сражаться пылко,
Когда урок давно извлёк —
Где правит разумом бутылка,
Там темнота, там невдомёк…

А может пропасть между нами
И не случайная ни чуть,
В огромной социальной яме
Есть всеобъемлющая суть.

С годами дикость только крепла,
Скрываясь тщетно за гербы,
Как не сжигай — встают из пепла
Рабовладельцы и рабы.

Их не бывает друг без друга,
Благоприятная среда
Везде для этого недуга,
Куда девать других тогда?

Задача

Нам задачу решать не простую —
Нужно подлость поставить на место,
Надо смело сказать: Протестую!
Наконец-то созреть для протеста.

Распрямиться и скинуть груз
Неуверенности в борьбе,
Доказать, что народ не трус,
Что вопросы стоят на ребре!

Сколько можно ещё терпеть?
Не пора ль подвести итоги?
Эта власть не насытится впредь
И поднимет опять налоги…

Звук

Иллюзия – мол, каждый сам
Своими ведает делами,
Ведь нашим звонким голосам
Даётся маленький динамик.

 

Когда всё валится из рук,
А в понимании пробелы,
Мы тщетно изменяем звук
И добавляем децибелы.

 

Вверху не слышат этот крик,
Там продают за деньги душу,
Откуда бы он не возник –
Его оперативно глушат.

 

Поэтому не стоит ждать,
Что по какой-либо причине
Наверх вернётся благодать,
Которая низы починит…

 

Полезно иногда вопить
От нищеты и от несчастья,
Но ничего не изменить
Без непрерывного участия.

Зеленеет Русь

Зеленеет Русь в окне вагона,
Мчится электричка средь берёз,
Вышедших как-будто из загона,
Погулять под чёткий стук колёс.

Русские Рязанские просторы
Железнодорожные пути
Окружили в солнечную пору,
Их попробуй взором охвати.

Всюду мощь, родная степь Отчизны,
В простоте величие полей,
Так неприхотлива, не капризна
Русь моя, которой нет родней.

Я здесь свой, здесь всё моё с рождения,
Если надо будет, так и знай
Грудью заслоню от нападения
Мой ни кем не покорённый край.

На любую от врага угрозу
Есть ответ у русских сыновей:
Будем бить за каждую берёзу,
Что растёт у нас возле путей.

И тяжело

И тягостно, и грустно на душе,
Когда невольно думаешь о том,
Как скоро современные клише
Всё светлое оставят за бортом.

 

Но есть ли смысл подготовить речь?
Чтоб перестали яростно стремиться
Моральную стараться пересечь
Уже давно размытую границу…

 

Не нужно здесь консервативных догм,
Эпоха узких представлений пройдена.
Очнитесь просто! Гибнет отчий дом!
Любимая единственная Родина.

Интересный прецедент

Интересный в стране прецедент —
Всё как будто наоборот…
У нас сам за себя президент,
У нас сам за себя народ.

Когда станете падать вниз,
Не протянется вам рука,
Ведь вокруг социал-дарвинизм,
Закреплённый наверняка.

Научились искусно врать,
И никто воровать не боится,
Равнодушные мы, нам плевать
Если рядом закроют больницу.

Культивируется индивид
За его хладнокровный нрав,
А меня больше не удивит
Коллектив без идей и прав.

Ухмыляясь, кредитный процент
Смотрит на издевательский МРОТ.
Интересный в стране прецедент —
Всё как будто наоборот…

Как часто

Как часто праведную быль
Нам выдают за небылицу,
Лежит на правде ложь, как пыль,
Скрывая истинные лица.

Как много написали книг,
И по обложкам видно сразу,
Что провоцируют на сдвиг
Они незащищённый разум.

Как сложно вычленить добро
Из ненавистного и злого,
Вопросы ставя на ребро,
Используя лишь силу слова.

Как дым войны людей привлёк,
Как мы умело завернули
В единый мировой кулёк,
Где ужились любовь и пули.

Каких ещё

Каких ещё вам фактов надо?
Всё перед носом, перед глазом
Запущенный процесс распада
Сегодня добавляет газа.

 

Так глупо судим и предвзято,
Что скоро кончится бензин,
Хотя ещё с восьмидесятых
Распад нигде не тормозил.

 

Пока не будет сильной тряски,
Ничтожна польза слов моих.
Слепым я предлагаю краски,
Глухим читаю этот стих…

Костёр

В условиях кромешной тьмы
Все указатели пропали,
Не пригождаются умы,
А их носители в опале.

 

И парадоксом наших дней
Является картина эта,
Когда вокруг полно огней,
Но очень не хватает света.

 

Попыткой робкой, невезучей,
Ведь план мой вовсе не хитёр,
Я разведу на всякий случай
Один спасительный костёр.

 

Надеюсь, что без лишних слов
Усвоив жизненный урок,
Туда подкинет кто-то дров,
Заметив маленький дымок.

Коллектив

Как не хватает людям коллектива,
Все привыкают жить по одному
Желательно богато и красиво,
Не доверяя тайны никому.

Брезгливо смотрим на чужое горе
И с завистью на чей-нибудь успех,
Своё всегда отстаиваем в споре,
Но никогда не вступимся за всех.

Как-будто нам сплочённости не надо,
Однако, запах смерти ощутив,
Мы рефлекторно образуем стадо,
А человеку нужен коллектив.

Культурный спад

Культура истекает кровью,
Великий некогда народ
Шагнул назад к средневековью,
Кумиры превратились в сброд.

Где тупость обрела харизму,
Завоевав авторитет,
Там заросли идиотизма,
Там чахнет истинный поэт.

Лишь только к прибыли и кассе
Стремленье творческих элит.
В гробу перевернулся классик,
Душа у гения болит…

Но стержня нет у той элиты,
На стыках временных стихий
Их выступления забыты,
Их писанина — не стихи.

Стихом не управляет мода,
Его не мажет грязь веков,
Он нам из пыльного комода
Всегда откликнуться готов.

Литературная почва

Держится очень прочно
Литературная почва,
На сколько мне хватит силы
Сожму стихотворные вилы.

Копну, налегая весом,
Рядом с могучим лесом,
Нарочно найду участок,
Где солнце бывает не часто.

Где не выпадают осадки,
Где ставят туристы палатки,
Поблизости нет озёр,
И где забывают костёр.

Ничто там расти не хочет,
Звери то место топчут,
Кругом сорняки и мхи,
А я посажу стихи…

Климат конечно не впрок,
Но прорастёт цветок
И удивит людей
Упорством своих корней.

Любимая Русь

Дорогая, любимая Русь,
Чувствуешь, потянуло огнём?
Я останусь с тобой. Клянусь!
Даже если мы будем вдвоём.

Даже если решат в верхах
Отступить, разрешив врагу,
Разнести тебя в пух и прах,
Я как беженец не побегу.

Так сейчас убегают все,
Но у Русских подход иной,
Даже если не станет совсем
Никого из своих за спиной.

Даже если придётся под танк
Лечь, когда уже выхода нет,
Не могу поступить не так,
Потому что так делал мой дед.

Потому что такие как он
Уходили на фронт для того,
Чтобы гнать оккупантов вон,
Не оставив не одного.

Кто за Родину умер свою,
Их не помнят, кого не спроси…
Но они до сих пор в строю,
Эти люди фундамент Руси.

Угрожают моей земле,
Только голову стоит сложить,
Не за тех, кто сидит в Кремле,
А за право России жить.

Люди смотрят

Люди смотрят на жизнь эту с ужасом,
Им её тяжело понять,
Но немногие, кто удосужился
В этой жизни чего-то менять.

Кто права заявил на блага —
Их таких небольшой набор,
Кто схватил эту жизнь за рога,
И пошёл ей наперекор.

Выстрелил наугад в темноту
И задел, хоть не точно попал
В погонь всякую и сволоту,
Потому что был слабый запал.

Пусть таких поглощает тьма,
Раздирает судьба на куски,
Забирает в объятья тюрьма,
Им отбеливая виски.

Да, от всех остальных в отличии
Выделяются малым числом,
Но лишь там, где такие в наличии
И ведётся борьба со злом.

Людское

Не отдайте людское без боя,
Все кому до сих пор режет слух,
Что сейчас называют любое
Дело доброе сферой услуг.

В той корыстной, услужливой сфере
Приспособились лучше других
С человеческим обликом звери,
И со временем больше их…

А преследуя алчные цели,
Им от горя чужого смешно,
Им повсюду мерещится ценник,
Даже где его быть не должно.

Никуда не сбежишь от уплаты,
Вымогают ещё и ещё,
Стали люди, как банкоматы,
Предъявляя друг другу счёт.

От вражды кошельков и счетов
Правда с ложью похожи точь-в-точь,
Много кто услужить готов,
Мало тех, кто готов помочь.

Словно помощь от всей души
Безвозвратно канула в бездну,
Неуёмные торгаши
Уничтожили безвозмездность.

Человек в этой жизни жалок
И прожить её хочется всласть,
Но не всё на торговый прилавок
Ради выгоды можно класть.

Вы хотя бы однажды гляньте,
Глаз прищурив и сдвинув бровь,
Оказались теперь в прейскуранте
Добродетели и любовь.

Почему в двадцать первом веке,
Ослеплённые блеском витрин,
Мы легко поместили на чеки,
Что всегда находилось внутри…

Облака на небесной кровле
Неужели в один из дней
Тоже будут предметом торговли,
Не бесплатными для людей?

Видно мы не заметили даже,
Издавая базарный крик,
Как эпоха купли-продажи
Изменила общественный лик.

Хочешь скидку? Дешевле вдвое!
Покупай! Не скупись, милый друг!
Не отдайте людское без боя
Все кому это режет слух…

Мне будто

Мне будто острая игла
Обиду к сердцу приколола,
Ведь олимпийская игра
Досталась нам без триколора.

 

Погибших предали бойцов –
Нет даже речи словоблуда,
Скосила первое лицо
Так неожиданно простуда.

 

На столько подлое враньё
Сегодня пропиталось смрадом,
В какое не одень тряпьё –
Противно находиться рядом.

 

Кто побежал на красный свет,
Устав от жизненной константы
Оставили кровавый след,
А выжившие – арестанты.

 

И клан господ неумолим,
Здесь ситуация простая,
Приходится мириться с ним,
Пока что мы всего лишь стая…

 

Опять подсунули весы
Стране весовщики со стажем,
Режима бешеные псы
Поодаль их стоят, как стража.

 

Я убеждён. Народ не глуп!
Частенько смелостью разит,
Развяжется однажды пуп,
Где надорвался паразит…

Мне радостно

Мне радостно от добрых дел моих,
Когда я сделал что-то благородное,
Когда я сделал что-то для других,
От всей души кому-то что-то доброе.

Совсем чужим, не думая, помог
За просто так, порой себе в убыток,
Пускай сейчас в умах переполох,
И альтруизм — не модный пережиток.

Пускай нас время жмёт в свои тиски,
Вбивает выгоду, как некую икону,
Останьтесь добрыми, живите по-людски,
В противовес недоброму закону.

Я не за личность, а за коллектив,
Когда мы вместе — всё преодолимо,
Не нужно рядом с тем, кто еле жив,
Идти быстрей с холодным взглядом мимо.

Попробуйте, ни обеднев ни чуть,
Отдать всю мелочь по миру идущим,
Не бойтесь подставлять за близких грудь
Внутри событий, в самой мутной гуще.

И не стесняйтесь место уступать,
Брать под руку хромающих и старых,
Без повода подарки покупать,
Мирить, чтоб вновь сходились пары.

А тем, кто безразличием иссу́шен,
Кто эгоизмом был опустошён,
Делами добрыми пора облегчить душу,
От добрых дел на свете хорошо.

Мы все однажды поседеем…

Мы все однажды поседеем,
Седую, не густую прядь,
Как шапку белую наденем,
Которую уже не снять.

Стараться будем молодиться,
Однако прошлое не скрыть,
Изношенные жизнью лица,
О многом будут говорить.

Оставив детство за плечами,
Досадно всё же вспоминать,
Как мы по молодости мчали,
Взрослее торопились стать…

Стремились к зрелости и силе
И всяких жаждали свобод,
Но в этой суете забыли,
Что мы стареем каждый год…

Хотя к чему все эти строки?
От старости не убежать,
И вряд ли временные сроки
Сумеет кто-то удержать.

Одно для всех для нас спасенье —
Понять, что в жизнь один билет,
И каждое ценить мгновенье
С пеленок до преклонных лет.

Не верю

Как часто люди говорят: Не верю!
Не модно что ли стало доверять?
Я чувствую доверия потерю,
А в чём причина — не могу понять…

Быть может от неискренности всякой,
От лицемерия и беспрестанной лжи
Доверие друг к другу в нас иссякло
И в недоступный перешло режим.

Я сам не верю многому и многим,
Известно, что открытая душа
Оплёванной окажется в итоге,
Хотя плевать в неё не разрешал.

Не верю в распростёртые объятья
Так правильней, когда кругом обман,
В начале все ведут себя как братья,
Но им родней не ты, а твой карман.

Не верю я газетным заголовкам,
От них нечестным чем-то отдаёт,
От них мы превращаемся в массовку
Для тех, кто нам газеты продаёт.

Но кажется мне, что в какой-то мере
Мы всё-таки надеждами живём
Лишь по привычке ближнему не верим,
А сердцем и надеется и ждём

Как часто люди говорят: Не верю!
Не модно что ли стало доверять?
Как будто за большой железной дверью
Мы веру научились запирать…

Не стоит доверять

Не стоит доверять кому попало,
Разбрасывать доверие нельзя,
Таких людей осталось очень мало,
Которых можно называть: друзья…

Опасно быть наивным и открытым,
Не нужно ждать подарков от людей.
Они похожие, когда желудки сыты,
Но сильно отличаются в беде.

Увы, но так заложено природой,
Что все мы проверяемся бедой.
В беде не спутаешь лицо с продажной мордой,
В беде мы все становимся собой.

И только море разных ситуаций
Научит отделять добро от зла,
Счастливый тот, кто может крикнуть: Братцы!
А эти братцы не из робкого числа.

Не стоит доверять кому попало,
Разбрасывать доверие нельзя,
У нас сегодня очень модно стало,
Когда духовно люди вниз скользят…

Нечестный мир

Этот мир не по-честному соткан,
С самых первых, наверное, дней
Занимают мерзавцы высотку,
Чтобы было мерзавцам видней.

Посмотрите — идёт разлом,
Не стихают война и плачь,
Будто ткал этот мир назло
На людей обозлившийся ткач…

Но и мы виноваты с вами,
Равнодушно смотрящие как
В мир вгоняют кровавые сваи
И сжимают его в кулак.

Несправедливость

Несправедливость ненавистна многим,
Её ругают громко и в тиши,
За нищету, за подлость, за налоги,
Хотя мы сами тоже хороши…

Печально, но сегодня повсеместно
Чаще всего людей другое злит —
Что ИМ не позволяют жить нечестно,
Что не в числе бессовестных элит.

Сильна внутри у человека зависть
И терпеливо выжидает срок,
Нередко те, кто честными казались,
Плюют на честь, едва урвав кусок.

Конечно существуют единицы,
Чьи помыслы, стремления чисты,
В ком зависть никогда не зародится,
Кого не манят деньги и посты.

Надеюсь я, однажды люд очнётся,
Уняв корыстный недостаток свой,
И примется отчаянно бороться
С несправедливостью как таковой.

Никудышна в стране

Никудышна в стране обстановка,
Вместо всех государственных дел
Самый главный в России Вовка
Ввысь со стерхами полетел.

С дна морского старинную вазу
Доставать приходилось ему,
Нет наверное водолазов
Больше, кроме него, в Крыму.

Зря порой на него клевещут,
Задают некорректный вопрос,
Он совсем бесполезные вещи,
Как полезные преподнёс.

Не поспоришь конечно с верхом,
Только суть тут всего одна:
Направлять нужно люд, а не стерхов
И зарплату достать со дна.

Ориентир другим

Хоть ты малец, хоть великан,
Каким ты не кажись —
Тебе не обойти капкан,
Который ставит жизнь.

И не вписаться в поворот
На скорости большой,
Коль всё опять наоборот —
Чего кривить душой?

Порой обломанный штурвал
Ведёт корабль на мель,
А милый дом пронзает шквал,
Срывая дверь с петель.

Сопротивляться толку нет,
Бессовестный эфир —
Непобедимый оппонент,
Он формирует мир.

Но я в нехватку добрых сил
Поверить не спешу,
Есть те, кого не покосил
Несправедливый шум.

Пускай пока сидят в тени,
Выглядывая чуть,
И предвкушают эти дни,
Когда очнётся суть.

Их тоже жизнь не пощадит,
Стянув узлом тугим,
Однако будут впереди,
Как ориентир другим.

Отчего

Отчего человек трепещет?
От чужих обещаний и слов,
От подаренной близкими вещи,
От крючка, на котором улов.

Даже если он по уши в саже
Зарабатывает гроши,
На природные глядя пейзажи,
Расцветёт в глубине души.

Не всегда привлекает громада,
А богатое выглядит зыбко,
Человеку немного надо,
Чтоб была на лице улыбка.

Отнимают страну

У меня отнимают страну.
Ненасытные жирные жабы
Так и лезут к её столу,
Лишь бы хапнуть кусок Державы.

Плачет статуя Родина-мать,
Удивляется, как столица
Где сама не смогла сожрать —
С иностранцами стала делиться.

Видно патриотизм иссяк…
За границу уходят вагоны,
Забываются тексты присяг,
От стыда не краснеют погоны…

Первый шаг

Только сделаешь первый шаг
Ближе к совести, ближе к свету,
Начинает звенеть в ушах
От подсказок чужих и советов.

Побросали мгновенно хлопоты,
Громогласно вдвоём, втроём
Щедро делятся жизненным опытом,
Приукрашивая враньём.

Я не слушаю вовсе тех,
Кто берёт поучать манеру,
Кто всегда на словах стратег,
Но не может служить примером.

Никому не нужна правота,
И стремление к ней не красит,
Окружающая темнота
Беспросветностью искры гасит.

Тяжело каждый раз как ишак
На себе тащить правду эту,
Уверяя, что каждый шаг
Ближе к совести, ближе к свету.

Плот

Обидно тому человеку,
Кто сделал добротный плот,
И не допущен в реку,
Плавая в гуще болот.

Он быстро освоил ремёсла
Правильный выбрал курс,
Крепко сжимает вёсла
Стремится, входя во вкус.

Но бескорыстные речи
И помыслы светлой души
Бессильны пред ветром встречным,
Который загнал в камыши.

В дали дорогие судна
На гребнях красивой волны
Тягаться с которыми трудно,
Их баки горючим полны.

И ломятся там каюты,
Набитые под завяз
Нечестно добытой валютой —
Прибылью от зараз.

Наверное, всё ещё мало —
Кают возрастает число.
Дорвавшиеся до штурвала
В руках не держали весло.

Маленький плот не в чести,
К широкой реке не допущен,
Но не бросай грести
Даже в болотной гуще.

Понял я вещь

Понял я вещь простую:
Один из корней наших бед —
Что нам наплевать зачастую,
На то, как живёт сосед.

На то, как живут остальные,
На средства ничтожных зарплат,
И двери не ставят стальные,
И не имеют блат.

Не отдыхают на море,
Всё лето, порой невмочь,
На огородном просторе
Работают день и ночь.

Мы стали совсем равнодушные
К еле сводящим концы,
Нас радуют только ушлые,
Успешные подлецы.

Если сидим в достатке,
Верим, что также у всех,
Все на украшения падки,
Носят роскошный мех.

Узнаем, кто там за забором,
Всю сущность и быт других,
Когда в обанкротскую пору,
Окажемся среди них.

И сидя в одной с ними луже,
Увидим сквозь слёзы из глаз
Кого мы считали хуже —
Лучше намного нас.

Пора задуматься

Пора задуматься о том,
Насколько лживая легенда,
Что не позорно быть шутом
Ради хороших дивидендов.

Она конечно неспроста
Во времена вранья и злобы
Передалась из уст в уста,
Пришлась по вкусу твердолобым.

Мы за реальностью влачась,
Всё чаще в темноту куда-то…
В себе людскую губим часть,
Которая не виновата.

Кто быстро нервы расшатал,
Себя похоронив как личность,
Уподобляется шутам,
Как будто бы спасёт комичность…

Легко расклеиться от бед,
Однако трудная минута —
Не повод потерять хребет
И бесхребетно льстить кому-то.

Пора понять

Пора понять, в лихие годы
Мы от разрухи не сбежим,
Сбегут лишь знатные породы,
Сейчас держащие режим.

Они предательством ведомы,
Хитрее остальных вдвойне,
Давно построили хоромы
Себе на вражьей стороне.

Уже назрело бед немало,
Садится Родина на мель,
Брехня центрального канала
Как сказка на ночь в колыбель.

И люд завёрнут в одеяле
Дешёвом рваном, крепко спит,
Его на столько обуяли
Лень, безразличие и спирт.

Нас смоют временные волны
Как наказание судьбы,
Если останемся безмолвны,
Если останемся слабы.

Пословица

Есть пословица хуже порчи,
Так цинично она говорит,
Мол, с волками живи по-волчьи
И теряй человеческий вид.

Произносят пословицу многие
В оправдание гнусных дел
Недолюди четвероногие,
Полюбившие беспредел.

Им наверное лучше в стае
Повторять остальных вокруг,
Значит личностями не стали,
Значит необходим пастух.

Хоть у жизни крутые ступеньки
И над ними не светит фонарь,
Я не встану на четвереньки,
Если проще ползти как дикарь.

Примеси

Много добавили нам
В жизнь бесполезных примесей —
Легко культивируем хлам,
Держим друг друга на привязи.

Никто не уверен твёрдо,
Сказка вокруг или быль,
Лицо у нас или морда,
Душа у нас или гниль.

Но правду нередко зная,
Себя утешаем пока,
Что всё это шутка злая
Какого-то шутника…

И чтобы нам не показали
Истинный облик наш,
С закрытыми всюду глазами
Мы продолжаем марш.

Если вас травят ядом,
Если кричат: Не лезь!!!
Значит вы встали рядом,
Где жизни готовят смесь.

Пробирает строфа

Пробирает строфа до дрожи,
Адресованная низам,
Тем, кто в жизни пробиться не может
Она на душу как бальзам.

Пусть услышат они и узнают,
Что о них не забыл поэт,
Пусть несут этот стих словно знамя,
Коль другого знамени нет.

И звучит без корыстной примеси
Слог нужды у крестьян на устах,
Только чин эти строки не вынесет,
Слово правды — чиновничий страх.

Налетев на цензурные рифы,
Разобьётся правдивый стих,
Вмиг опальными станут рифмы
И поэт написавший их.

Учиняя над музой расправу,
Будут истину бить в лицо,
Только эта печальная слава
Вдохновит ещё больше чтецов.

Не до всех доберётся творение,
Не пройдёт честный труд в печать,
Под угрозою увольнения
Всё ж заставят чтецов замолчать…

Но недолго молчанье продлится,
Вновь простецкая муза взойдёт,
Ей в сердцах суждено прижиться,
Её ритм поднимает народ!

Простаки

Где-то там далеко от прогресса
Самобытно живут простаки
В деревнях охраняемых лесом
Возле поля и мелкой реки.

В покосившихся учатся школах,
Бездорожьем плетутся домой,
Не приемлют разврат и крамолу,
С детства свыкшиеся с тишиной.

Здесь поспешно не делают визы,
Не стремятся свалить за бугор,
Здесь богатство — цветной телевизор
И подарочных вилок набор.

Это место забавы ради
В городах окрестили дырой,
Тут не ездят богатые дяди
На машинах с огромной ценой.

Только избы таких деревень
Лучше всех нашу Родину держат,
Здесь в 5:30 встречается день,
Здесь особый имеется стержень.

Парни местные крепче гранита,
Пусть порой и невзрачны на вид,
Больше всех на войне их побито,
От войны здесь никто не бежит.

Здесь не прячутся от работы,
Здесь тебе ни за что не солгут,
Здесь не принято клянчить льготы,
Никогда не родится плут.

В рваных брюках и старых тельняшках
Мы счастливее всех остальных,
Просто наша душа нараспашку,
Просто родом мы из простых.

И мозолей своих не стыдимся,
Рукавом вытирая пот
Ни к деньгам, ни к дворцам не стремимся,
Это нас называют — народ!

Это мы раньше всех спозаранку
Просыпаемся, чтобы пахать,
Это мы перед вражеским танком
Расстегнём гимнастёрку опять

Это нас в кровожадные годы
Бросят в топку на передовой,
И забудут штабные морды,
Не пришлют похоронку домой.

И не впишут в историю битвы,
Да и мы не скупы до наград,
Нам важнее всего молитвы
Матерей за своих ребят.

Нам плевать на валютные курсы
Мы гордимся совсем другим,
Наше счастье — мальчишки русые,
Отстоявшие флаг и гимн.

Не отдавшие нашу свободу
В оккупантские лапы врага,
Да! Они не следили за модой,
Им Отчизна была дорога.

Чтоб кому-то хватало всего,
Чтоб закатывались вечеринки
Вечно вкалывает село,
Подрастают солдаты в глубинке.

Загляните в такие селения,
Где спина не бывает не потной
Где простые живут поколения,
Где великой Руси подноготная.

Протест

Осознать наконец-то надо,
Тем, кто наш создаёт уклад,
Не Россия в пределах МКАДа
А в пределах России МКАД.

Люди ценят, что дорого стоит,
Людям нужен прикид дорогой,
Но останется лишь простое
До конца со своей страной.

 

Кто мало спит и плохо ест,
Одет неважно и обут,
Однажды выразит протест,
Вливаясь в стачку или бунт.

Там в суете мероприятий
Он не поймёт наверняка,
Где настоящий неприятель,
А где защитник бедняка.

В порыве искренней отваги,
Когда бежит по жилам ток,
Всем наплевать, какие флаги
Возглавили людской поток.

Увы, не взвесишь каждый миг,
Везде скрывается уловка,
И потерять себя самих
Легко поможет обстановка.

Но если выбранный радетель
Окажется, года спустя,
Предателем, то наши дети
Нам этот выбор не простят…

Прохиндей

Он из семьи был не богатой,
Но по натуре — прохиндей,
Мечтавший козырной стать картой
В колоде пробивных людей.

Пусть завистники больше бесятся!
Лизоблюд и хороший актёр
Так бежал по карьерной лестнице —
Обувную подошву стёр.

А однажды, стремящийся к выси,
Как обычно по головам,
Поскользнулся на скользкой лысине
И сломался напополам.

Никогда прохиндей не думал,
Ставя только удачу на кон,
Что когда-то столкнётся с дулом,
Наступив на такого как он…

Путь

Если ты выбрал путь не такой, как все,
То и жизнь у тебя не такая,
Будь готов удержаться, где место слезе,
Где стоят на коленях, рыдая.

Будь готов умирать, где другие живут,
Воскресать, где живое погибло,
Выносить не людской, титанический труд
Из-за собственного перегиба.

Всякий раз от нехватки попутных ветров,
Учащается встречный ветер,
Проверяя на сколько сильно нутро,
Чтоб суметь за дела ответить.

Там помощников нет, и не ждут слабаков,
Там подсказок ничтожно мало,
Там придётся запрятать свой страх глубоко,
Там рискуешь на грани провала.

Повороты и выборы там не просты,
И туман на развилках сел,
Но терпеть до конца, потому что ты
Выбрал путь не такой, как все…

Рабы

У богача в поместье
Жили в бараках рабы,
Трудились подолгу и вместе
Ругали удел судьбы.

Рабов за людей не считали,
Как будто другая плоть…
А люди предпочитали
Почаще таких пороть.

Били так каждый вечер,
Чтоб не пылилась плеть,
Холоп должен быть изувечен,
Холоп должен боль терпеть.

С виду рабы похожи,
Лохмотья да тусклый взгляд,
Рваные раны на коже,
Которые сильно болят.

Но где-то внутри отличались…
В некоторых из них
Искры надежды остались
И вспыхивали на миг.

Чаще глаза поднимали,
А за забором стальным
Казались им вольные дали
Ближе, чем остальным.

Им ярче светило солнце,
Наверное знают лучи
В ком сердце свободное бьётся —
Рабство не вечно влачит.

Однажды, с большой опаской,
Тайно собрали всех
И рассказали в красках
Как необходим побег.

Напомнили тяжкие муки,
Ужасы прожитых дней,
Но для опустивших руки
Воля ещё страшней.

Другие боялись свободы,
Ведь мысли о мятеже
За долгие рабские годы
Вылетели уже.

В худом измождённом тельце
Отсутствовал стрежень души,
И выходки рабовладельца
Казались теперь хороши.

Трусливость не стоила спора,
И смельчаки в тот же час
В тёмном углу забора
Сделали добрый лаз.

Бежали, сверкая ногами,
Вера давала прыть,
Что никогда рабами
Им не придётся быть.

Быстро заметив пропажу,
Хозяин стал крайне взбешён,
Грозился уволить стражу
И по баракам пошёл.

От зависти гнусной что ли?!
Пред богачом дрожа,
Оставшиеся в неволе
Выдали, кто убежал…

С места рванули кони
Галопом в соседний лес
У всадников для погони
Оружие наперевес.

И беглецов догнали,
Но не вернули назад
На смерть храбрецы обменяли
Рабовладельческий ад.

Не понята, жаль, в народе
Возвышенная мечта.
Погибшие на свободе
Невольникам не чета.

В жизни холопской нередко
Виновники именно мы,
Рабство рождает не клетка,
А рабские наши умы…

Ради чего

Без толку бить челом —
Только дразнить верхи,
Понял я ради чего
Стоит читать стихи.

Не ради красивых фраз,
Пафосных рифм и строчек,
А чтобы хотя бы раз
Тронуть кого-то очень.

Кто это слышать мог,
Не важно когда и где,
Надеюсь рассеяли смог,
Не тянутся к мутной воде.

Верю, что именно так
Воспринимается стих,
Если с сердцами в такт,
Если народ притих.

Если не мельтешат
Глазами, и взгляд нацелен
Значит моя душа
Не зря наизнанку на сцене.

Раздел Истории

Всех нас – хороших и плохих
Героев будней настоящих,
Опять, пополнив свой архив,
История задвинет в ящик.

И нам придётся там пылиться
Потёртой папкой прошлых лет.
Сольются безвозвратно лица
В единый вековой портрет.

У исторического тома
Всегда внушительная стать,
Чтоб любознательный потомок
Мог с уважением листать.

Но хватит ли ему стараний
От корешка до корешка
Понять урок эпохи ранней
И прогрессивного прыжка?

Так совершим поступок некий!
Который поменяет враз
Раздел о двадцать первом веке,
Раздел, конечно же, о нас…

Рифмач

Один рифмоплёт крамольный
Смело решил написать
О том, как народу больно,
Что нужно народ спасать.

 

Он видел людские слёзы,
Он видел людскую нужду,
С нечестной жизненной прозой
Рифмач учинил вражду.

 

И начал войну в одиночку
С бессовестностью чинов,
Его стихотворная строчка
Кричала, что он готов.

 

Готов был не только стихами,
Оттачивая свой стиль,
А праведными делами
За правду борьбу вести.

 

И думал, его поддержат,
Надеялся, что поймут,
Что люди займутся тем же,
Скинув с себя хомут.

 

Поэтому каждый вечер
С музой один на один
В стол упиралось предплечье,
Талантливо стержень ходил.

 

Сердце быстрее билось,
И под сердечный ритм,
Строфа за строфой ложилась,
Скреплённая узами рифм.

 

Труды смельчака искали,
Читал он взахлёб со сцен,
Но кроме рукоплесканий
Ничто не имел взамен…

 

Рифмач осознал бесполезность,
Наскучил аморфный зал
И этот почёт, и известность,
И прямо со сцены сказал:

 

На что вам моя поэзия!?
Довольно рукоплескать!
Никто ведь из вас не полезет
Истину в пекле искать.

 

Хватит уже лицемерно
Аплодисменты дарить!
Вы поняли всё неверно…
Я вас хотел сплотить…

 

Последняя фраза эта
Буквально сожгла хлопки
Без всякого дыма и света,
Закону огня вопреки.

 

Глазам недоступную копоть
Почувствовал люд на руках
Уже не хотелось хлопать,
А совесть сжималась в тисках.

 

Ушёл рифмоплёт со сцены,
Просил никуда не звать,
И со стихами бесценными
Он разорвал тетрадь.

 

Но не перестал бороться,
Будучи уязвим,
Знал, что однажды нарвётся,
Так и покончили с ним.

 

Убили и сбросили в воду
Те, кто не считает грехи,
Не помнит никто из народа
Ни рифмача, ни стихи.

 

Один лишь единственный зритель
Все строфы в душе сберёг,
Ему на руках сочинитель
В тот день не оставил ожог.

Серое облако

Поднимается серым облаком
Всюду пыль, потому что во мгле
Нашу родину тащат волоком,
Да ещё и по нашей земле…

Тащат волоком в разные стороны,
Не сумели поднять – слабаки,
Морды красные, спины сорваны
И мозоли на обе руки.

Это нам не терзает душу,
Все привыкли на самом деле,
Что Россию, как мёртвую тушу,
Кто-то нагло и жадно делит.

От такого тошнит и воротит,
Столько было у нас разрух…
Но по-прежнему модно в народе
Не оглядываться вокруг.

Скажите

Скажите, вы не замечали,
Как ставя во-первых финансы,
Мы обрубаем в начале
Быть человеком шансы.

Скажите, где радости повод?
Когда у тебя жара,
А у другого холод…
Может помочь пора?

Скажите, к чему стремиться?
Зачем покупать билет?
Не ждёт ни одна столица,
Если достатка нет.

Скажите, куда вы бежите,
Бросая родные места?
Лишь избранным хватит прыти,
И покорится верста.

Скажите, опять заряжая
Орудия для смертей,
В лицо матерям, что рожают
Они для войны детей.

Скажите, чего нам мало?
Ведь жизнь не идёт по-людски,
Наверное видеть устала
Звериные наши броски.

Скажите, великие лекари!
Лекарства каких аптек
Помогут не только в зеркале
Выглядеть, как человек?

Сколько места в душе…

Сколько места в душе для Родины?
Может, вовсе его нет там?
Может, Родина — слово для подиума,
Лишь добавка к другим словам?

Им бросается люд и не целится,
Ведь оно придаёт остроты,
В подсознании где-то ценится
И толпе открывает рты.

Сколько всё-таки нужно площади
Нам внутри себя освободить?
Кажется, что простого проще
В душу Родину разом вместить…

Все умеют играть в патриотов,
Все героями стать спешат,
Но уверен из них хоть кто-то
Что готова его душа?

И что сдержаться обещания,
Судьбоносный последует шаг?
Много их — мастеров вещания,
Спекулянтов на звуках в ушах…

Пустословием глупо гордиться,
Хоть у нас, сколько хочешь, ври…
С чувством Родины нужно родиться,
Чтоб оно развивалось внутри.

Сколько места в душе для Родины?
Может, вовсе его нет там?
Ты спроси у себя: Ты годен ли?
Чтоб пойти за страной по пятам.

Смотрите по сторонам

Смотрите по сторонам,
Делайте выводы чаще,
Увы, но встречается нам
Мало людей настоящих.

Если вас вводят в ступор
Поступки иных «удальцов»
Запомните каждый поступок,
Запомните их лицо.

Не забывайте гадости,
Тех, кто тянул ко дну,
Не делайте скидки старости
И молодости ни одну.

Все призывают смирится,
Все обличают месть,
Но как же тогда убедиться,
Что справедливость есть?

Много гуманного сказано,
Принято мразь жалеть,
Поэтому и безнаказанной
Она остаётся впредь.

Какую-то добрую мелочь
Отыщут в конце концов,
Представив, как доблести светоч
В последнем из подлецов.

От этого верим лгунам,
Не видим, как воры тащат,
Не смотрим по сторонам,
Не делаем выводы чаще…

Ссора

Не привыкайте, люди, ссориться,
Без разницы, кто начал первый…
От этого всегда бессонница,
И тратятся напрасно нервы.

Мы часто, затаив обиду,
В утиль согласие сдаём,
Ломаем дружбы пирамиду,
Что долго строили вдвоём.

Но склоки стали, как обычай
По глупости, по пустяками,
А где раздор людей набычил,
Он кровью по лицу стекал.

Наверняка, у каждой ссоры
Имеется фундамент свой,
Там служит в качестве опоры
Поступков и желаний слой.

Предельно трудно помириться
Если не вы внесли разлад,
Пересекайте ту границу,
Чтобы вернуть друзей назад.

Страна трещащая

Страна, трещащая по швам,
Где мысли вслух, поступки резче,
Обманутая, вновь пошла
За тем, кто ей добавит трещин.

Пора идти! Не в этом спор…
И улица нужна и массы!
Но стоит отличать в упор
Лицо от выгодной гримасы.

На горло давят сапоги,
Однако не стихает вой,
Погрязли Родины враги
В своей борьбе межвидовой.

Их так прельщает произвол,
Картинно выбирая позу,
На гребнях всех протестных волн
Они провозглашают лозунг.

Как хорошо подобран тон,
Как обозначены проблемы,
Лишь для того, чтоб сесть на трон
Немного изменив эмблемы.

Народ — заложник подлой лжи
И не разборчив в мутной гуще…
Ему попробуй докажи,
Что это пьеса власть имущих.

В дни политических потех,
Изображений оппозиций,
Нам часто наплевать на тех,
Кто впрямь готов за нас сразиться.

Стыдно

Бывало ли вам стыдно за кого-то?
За незнакомца почему-то вдруг…
Когда краснеешь и блестишь от пота,
Как будто развивается недуг.

Со мной случается такое часто,
Ведь я заметил пагубный изъян —
Приватизировали творческий участок,
Приматы, посадившие бурьян.

Поэзия сегодня так слаба,
Что нам не кажутся поэты странными,
Рифмующие русские слова
Зачем-то со словами иностранными.

И о себе придумав мифы,
Они всегда борцы с табу,
Хотя едва находят рифмы,
А ритмы видели в гробу.

Иные скажут: Всё решает быт…
Пеняя на всеобщую разруху.
Но если вы почувствовали стыд,
То я нашёл товарищей по духу.

Счастье

Настоящее счастье не светится,
Не блестит, не идёт на торги,
Им не хвалятся, с ним не вертятся,
Нарезая по дому круги.

Настоящее счастье — невидимо,
Ощущается только внутри,
И его не запишешь на видео,
Не рассмотришь, как не смотри.

Настоящее счастье не купишь,
Не отнимешь как прочий предмет,
Недоступно оно потому лишь,
Что достойных его почти нет.

Там, где…

Там, где светло и чисто,
Жизнь пролетает быстрей,
Там календарные числа
Гонят упряжку дней.

Когда хорошо и уютно,
Будто бы кто-то извне
Старается ежеминутно
Время урезать вдвойне.

Самые важные встречи
Кажутся очень малы,
Бывает нам попросту нечем
Острые сгладить углы.

Порой не хватает капли
Чтоб наступил прогресс,
Но снова на те же грабли —
Минуты опять в обрез…

По-своему каждый старается
Занять для себя полчаса,
Жаль не спешит, а тянется
Лишь чёрная полоса.

Тяжело на душе…

Тяжело на душе от обид,
Все дела получаются хуже,
Когда будто внутри убит,
Но живой и здоровый снаружи.

Когда якорем тянет груз,
Только пыл больше сил не ищет,
И становится горькой на вкус
Даже самая вкусная пища.

Жизнерадостный смелый мотив
Вытесняет унылая лирика,
Безнадёжность изобразив,
Отвергает улыбку мимика.

Нет охоты смотреть назад,
И вперёд уже не глядится,
От избытка потерь и досад
Настроение не искрится.

Как бы не доставали трутни,
Потерпи, не меняй свой вид,
Пусть порой в напряжённые будни
Тяжело на душе от обид.

Устал

Я так устал от показухи,
От лживых лозунгов и фраз,
От тех, кто распускает слухи,
От всё решающих за нас.

От пьяных морд, от пьяной речи,
Курящих женщин и детей
И от душевно искалеченных,
Известных авторов идей.

Мне надоели передачи,
Теле-проекты, теле-шоу,
Их обсуждения и плачи,
И тема: кто к кому ушёл.

Людские жадные поступки
И безнаказанность властей,
Подорожавшие покупки,
Капиталисты всех мастей.

Не верю в силу обещаний,
Которые дают чины
В местах разрухи, обнищания,
Преступности величины.

Устал, не верю, надоело —
Как много слов, а толку ноль,
Хоть говори, хоть делай дело,
Ведь люди прячутся как моль.

И не берутся вовсе мерить
Масштаб упадка наших мест,
Боясь устать, потом не верить,
Боясь, что тоже надоест.

Философский корабль

Куда уже ещё наглей?
Куда ещё беситься с жиру?
Так не хватает философских кораблей…
Достаточно найдётся пассажиров.

Пускай плывут от наших берегов,
Всем раздадим по термосу и пледу,
Хоть нас возненавидят, как врагов,
Везде об этом заводя беседу.

Дворцам не стоит ожидать беды,
Мы точно знаем, что поделать с ними —
Откроем школы там и детские сады
А вот портреты непременно снимем.

Хочешь, представишь…

Хочешь, представишь мелко,
Хочешь, добавишь масштаб.
Правит людьми подделка,
Где-то имея свой штаб.

Ненастоящие лица,
Ненастоящий друг,
И ложь лучше правды ложится,
На неподготовленный слух.

Поддельные документы,
Поддельные радость и смех,
Неискренние комплименты,
Искренность для неумех.

Мы совершаем ошибки,
Наивностью заражены,
Верим рассказу фальшивки,
Что подлинники сожжены.

Правит людьми подделка,
Где-то имея свой штаб,
И всех с лицемерным оттенком
К себе приглашает в штат.

Цель

Мы тратим время в пустоту
Нередко слишком рьяно,
Лелея гордую мечту,
Не видим в ней изъянов.

Теперь позорно быть скромней,
У всех маячит цель!
Подводных не боясь камней,
Не долго сесть на мель.

Порой не ясно ничего,
Где крик, а где лишь писк,
Где унижаясь бьют челом,
А где идут на риск.

Наверняка не хватит сил
Доковылять до цели,
Если так много нагрузил,
Что тащишь еле-еле.

Сломав замки заветных врат,
Свой сохранишь ли вид…
Ведь самых горестных утрат
Никто не возместит.

Вопрос останется в груди:
Как я теперь верну,
Всё что когда-то по пути
Стояло на кону?

Всегда оправдывая вред,
Мы нагло лезем в перед.
Жажда немедленных побед
Однажды нас похерит.

Человек

Что человек такое?
Ведётся легко на враньё,
Держит в руках чужое
Гораздо сильней чем своё.

Дарит другим улыбки,
Не забывает всплакнуть,
Имея характер липкий,
Влипает во что-нибудь.

Злится, если не может,
Ликует, если сумел,
Верит, что мёртвый ожил,
От страха бывает смел.

Когда угнетают будни,
Чтоб не покупать билет,
На самодельном судне
Пускается в кругосвет.

Влюбляется сильно однажды,
Не сильно — тысячу раз,
Страдает от голода, жажды
Ради идей и фраз.

Стреляет, потом жалеет,
Сжигает страницы из книг,
Высаживает аллеи
И топчет ногами их.

Он не оставит планету
Ни на секунду в покое,
Решите задачу эту
Что человек такое…

Я вспомнил…

Я вспомнил то, что было
Ещё не так давно.
Я понял: время — мыло
И скользкое оно.

Его не крепко держит
Лишь памяти рука,
Что вспоминаешь реже
Скользнёт наверняка.

Сегодняшнее наше
От прошлого нам дар,
Былое время даже
Служило как плацдарм.

И старые ошибки
И раны от потерь —
Как на душе нашивки,
Их не сорвать теперь.

Нас беспощадно гонит
Быстрее жить азарт.
Тем хорошо, кто помнит
Жизнь, пару лет назад.

Я не верю

Я не верю, что честные люди
В государстве перевелись,
Просто кто-то сумел их прину́дить
Пропускать недостойных ввысь.

Неужели они осели,
Потушили свой пыл сердец,
Их борьба это наше спасение,
Их смирение — наш конец.

Ведь страна на большом перекрёстке
Вновь не знает куда ступать,
Этой маленькой честной горстки
Не хватает стране опять.

Пусть вас будут судить предвзято
Дураки и фанаты этила,
Где вы люди? Хотя бы десяток.
И десятка вполне бы хватило…

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять + пятнадцать =