О государственной монополии на политику и порождаемых ей формах идеологии

О государственной монополии на политику и порождаемых ей формах идеологии 1

На сайте РОТ Фронта было опубликовано «мнение экспертов» по поводу выдвижения Павла Грудинина кандидатом в президенты (https://www.rotfront.su/vydvizhenie-pavla-grudinina-o..). Мнения разнообразием не отличаются: поскольку Грудинин политик буржуазный, и сам капиталист, то голосовать за него не стоит, не стоит даже обсуждать.

Надо отметить, что большинство экспертов, высказавших столь революционные оценки, сами в той или иной мере связаны с властью: Кагарлиций сам готовил праймериз «Левого фронта», на котором победил Грудинин, Константин Семин работает на ВГТРК и рассуждает о ресоветизации сверху, Дарья Митина давно работает в различных правительственных структурах.

Здесь скорее можно сказать, что с одобрения администрации президента действует не только Грудинин и КПРФ, но и сами эксперты. Так что обвинения, которые они выдвигают, они в полной мере могут отнести и к себе.

Правда заключается в том, что массовая политика в современной России невозможна без общения с кураторами и различными представителями власти и их одобрения. Почему сложилась такая ситуация? Во-первых, из-за усиления роли государства в жизни общества и его стремлении поглотить все сферы общественной жизни. Во-вторых — по причине монополизации капитала и его стремления поставить все под свой контроль. Мелкий бизнес поглощается крупным, свободная торговля уступает место монополиям. Оппозиционный политик, который занимается написанием статей, теперь не имеет возможности получить вознаграждение за свой труд, как это было раньше, так как вся пресса контролируется крупными монополистами (чаще всего, сросшимися с государством), и ничего противоречащего их мнению написать просто не может. Капитал (а тем более монополистический) сегодня достиг высшей точки в своем стремлении к прибыли. Прибыль капиталиста неизбежно падает, и он стремится отсечь все элементы, не приносящие ее немедленно и гарантировано. Таким образом, из искусства выдавливается творчество, из общественных наук — мысль. В художественных фильмах сюжет становится совершенно не нужен, его место занимают звуковые и видео-эффекты, которые перед этим отрабатываются на фокус-группах, чтобы уже наверняка гарантировать спрос. Сценаристы бегут, ищут себе отдушину в сериалах, либо в авторском кино. В политике и исторических науках сенсации и разоблачения становятся важнее научных исследований, они продаются быстрее и лучше. Поэтому место политиков и историков занимают конспирологи (их целая плеяда России — Фурсов, Катасонов, Кургинян, Стариков, Сёмин и др.) — они быстрее привлекают к себе интерес, рассказывая о заговорах, их смотрят больше. На долгосрочные проекты вроде серьезных осмысленных фильмов или серьезных исторических исследований современный капитал не способен — он не потянет это экономически. Прибыль нужна как можно скорее, иначе вложения не окупятся. Политик должен либо перестать быть по-настоящему оппозиционным, либо перестать писать, либо стать клоуном — конспирологом.

К тому же, он сталкивается с запретами и контролем государства, которое чаще всего представляет интересы монополиста. Государство является орудием капитала, и лишь усиливает его контроль надо обществом. Кроме того, государство стремится к сохранению текущей политической системы. Выбив у политики экономическую почву, оно присоединяет к давлению капитала давление своего репрессивно-полицейского аппарата. Таким образом, государственно-монополистический капитализм монополизирует и политику.

Естественно, что по-настоящему независимая политика в таких условиях вряд ли возможна. Эти процессы характерны не только для России, это естественное развитие мирового государственно-монополистического капитализма, естественное положение, к которому он приходит.

Отсюда происходят и концепции, согласно которым можно «переформатировать» общественное сознание когда угодно и как угодно. Создается впечатление, что народ в жизни государства и в собственной судьбе никак не участвует, все решают политтехнологи, концептуалисты, создатели «смыслов». Отсюда же увлечение многих конспирологов теорией элит: ведь если сами массы на это не способны, то только элиты могут направлять развитие общества и создавать смыслы. Вся история человечества превращается в таком случае в историю взаимоотношений элит.

Подобные идеи, например, излагает Кургинян: обществу нужна концепция, идея (неважно какая), которая и будет обеспечивать его развитие. Именно идеи являются двигателем общественного прогресса. Соответственно, потому и развалился Советский Союз — иссяк запал «красной идеи», нужна была подпитка новыми смыслами. Руководящим классом при такой картине мира становится интеллигенция, полем классовых битв — культура.

Идеи движения «Прорыв» имеют похожую основу: если общественное сознание так легко переформатировать, то необходимо найти «ключ», благодаря которому это становится возможным. Таким ключом становятся знания, необходимо только заменить ложные знания, которые дает буржуазия, на свои, правильные. Под «знаниями» подразумевается скорее определенная идеология (зачем изучать условия жизни людей, если эти условия все равно не побуждают их к восстаниям против капиталистов). Получается схожая с Кургиняном картина: человек должен впитать в себя определенную идеологию, «развить свое сознание», и тогда он станет революционным. Не случайно идеология «Прорыва» получила название «Научный централизм», т.е. руководить должны не люди из этой организации, а идеи, созданные этими людьми.

Из похожих аргументов исходят и многочисленные сейчас исследователи логики и мышления: если мы поймем, как человек думает, мы сможем им управлять.

Все эти теории исходят из постулата о неотражаемости человеческого сознания: сознание не отражает общественное бытие, а формируется информационными потоками.

На чем основана такая точка зрения? На относительно мирном характере классовой борьбы в последние десятилетия, отсутствии классовых конфликтов и сильного революционного движения в первом мире, относительно высоком уровне жизни людей. Если принять за аксиому, что жизнь замрет, развитие навсегда остановится, то можно действительно считать, что всем руководят смыслы и вся общественная борьба происходит только в мышлении (как об этом писал, например, Хорхе Луис Борхес).

Полная монополия государства на политику невозможна, поскольку существует классовая борьба. И только ее усиление поможет полностью развеять иллюзии о возможности внедрить в человеческое сознание какую угодно идеологию, не считаясь с реальностью. Россия — далеко не страна первого мира, в ней предостаточно социальных конфликтов. Поэтому почва для борьбы с подобными иллюзиями есть, поводов для этого достаточно. Надо лишь проанализировать экономическую жизнь общества и сопоставить ее с идеологическими воззрениями различных классов и групп людей. Истинный их источник находится именно здесь, в экономике, в обществе, в классовой борьбе, а не в умах тех, кто внушает населению различные «смыслы» и назначает кандидатов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

четырнадцать + пять =