Grup Yorum

Турецкое коммунистическое движение известно своими разногласиями по ряду ключевых вопросов, стоящих на повестке дня. Товарищ, у которого мы брали интервью — Джихан Кешкек (Cihan Keşkek) имеет свой взгляд на курдский вопрос. Не вся группа Grup Yorum разделяет его позицию.

— Вы первый раз в России – чего вы ожидаете от встречи с коммунистами этой страны, какими, по-вашему, могут быть интернациональные контакты с русским коммунистическим движением?

— У нас недостаточно контактов с российскими коммунистами, и мы даже не знаем точно, кто они такие, у нас есть какая-то информация, и, мы думаем, что это не очень хорошие организации. Но мы хотим установить контакты с российскими революционерами и коммунистами. Может быть, мы снова приедем в Москву, может быть на опен-эйр, и мы хотим установить контакты с российскими революционерами и коммунистами, поскольку это важно для нашей организации. Наша организация в Турции называется «Народный фронт». Grup Yorum — это часть «Народного фронта», самой крупной левой организации в Турции. Мы — «Народный фронт»

— После распада СССР интернациональные связи коммунистического движения в целом слабые. Что можно сделать, чтобы изменить это?

— Мы сейчас строим одну организацию, общую организацию для всего мира. Называется она «Антиимпериалистический фронт». У нас есть сайт: wwww.antiempirialistfront.com. Это совместная организация. К примеру, в ней принимают участие товарищи из Турции, из Болгарии, из Италии, из Испании, из Гондураса, латиноамериканцы, товарищи из Среднего Востока, Сирии, Палестины, из Бангладеша, Индии и т. д.  У нас много товарищей из различных организаций, и одна общая организация против империализма и против фашизма. Чтобы росла борьба, нужны контакты. Всегда есть две стороны: с одной стороны — люди, народы, с другой — правительство, империалисты. Мы должны способствовать тому, чтобы люди и народы были друг другу товарищами и братьями.

— Как турецкие коммунисты оценивают народное восстание на Донбассе и Майдан?

— Турецкие революционеры толком ничего и не знают о Донбассе, к примеру,  только мы двое приехали сюда. Только мы знаем, благодаря нашим итальянским товарищам, товарищам из Боротьбы и нескольким турецким студентам из Украины, и теперь мы устанавливаем новые контакты. Только мы знаем о Донбассе, знаем, где он находится, знаем о Луганске, Донецке, Ростове, Москве, о российских левых.

— Что из русской и советской музыки вам наиболее близко?

— Мы любим музыку ленинской и сталинской эпохи. Мы знаем много песен, и как Grup Yorum мы исполняем русские песни. К примеру, в этом году был большой концерт в Турции, мы пели «Полюшко». Но тогда полиция напала на нас на концерте, угрожала оружием и т.д.

— Прошло два года с событий на Таксиме – как изменилось коммунистическое движение Турции, чего оно достигло за этот период?

— С 1970-х гг. до этого времени люди спали беспробудным сном. Два года назад на Таксиме они восстали и увидели много чего — что такое правительство, фашизм, капитализм, империализм. Но этого недостаточно. Однажды они проснулись, но сейчас они просто чего-то ждут. Некоторые боятся тюрьмы, полиции. Но когда мы говорим с ними, они приходят к нам, чтобы вместе бороться против правительства, турецкого фашизма, ПСР (Партия справедливости и развития — прим. пер.), Тайипа Эрдогана. Потому что он интересный диктатор. По-моему, в мире еще не было такого диктатора как Тайип Эрдоган. К примеру, Франко, Гитлер и Эрдоган для нас одно и то же.

— Какие коммунистические и левые силы сейчас наиболее активны в Турции? Чем вызвана настолько агрессивная ответная реакция режима Эрдогана на демонстрации и забастовки?

— Одна из организаций это РПК, но они не коммунисты, не социалисты, не марксисты-ленинцы. Им нужна свобода только для курдов. Но сейчас им и свобода не нужна, единственное, что им нужно — язык, возможность разговаривать на своем курдском языке. К примеру, я курд, но я левый, я социалист, я не из РПК, я из «Народного фронта», второй крупной организации в Турции. «Народный фронт» — это левая, марксистко-ленинская организация. К примеру, мы разделяем позиции Ленина, Сталина, Мао, кубинских революционеров и советских революционеров. Мы самая крупная левая организация в Турции. Grup Yorum — участник этой организации. К примеру, вы, наверное, слышали по телевизору месяц назад о DHKC/P. Мы друзья. Двое молодых людей, всего лишь двое молодых студентов, поднялись наверх, приставили пистолет к виску, и… «Мы всего лишь надеялись на равенство и справедливость», — говорили они. Но полиция напала на них, и они погибли.

— Есть ли перспективы у профсоюзного движения Турции?

— По-моему, не особо. Это слабое движение, не сильное, неширокое. У них есть организации, но они не очень сильны в Турции. В Турции мы опираемся не только на пролетариат — на народные массы, что включает в себя и пролетариев, и архитекторов, и студентов, и другие народные силы. Не только пролетариат. Потому что турецкий пролетариат еще не созрел. У нас нет своего капитализма. К примеру, Германия, Франция, Америка, Англия — это капиталистические страны, но Турция — всего лишь их дочерний элемент. Поэтому пролетариат Турции еще не созрел, поэтому мы должны опираться на все силы в Турции. Не только пролетариат. Пролетарии, студенты, архитекторы, другие люди из сел, все.

— Если ли новые теоретические книги турецких и курдских коммунистов?

— У нас много книг. К примеру, вы знаете Махира Чаяна? Махир Чаян из Турции, из 1970-х гг. Махир Чаян — наш лидер. И у нас много книг, но не на русском, на английском. Может быть, мы пошлем их вам, и вы переведете их на русский.

— Каковы ваши связи с освободительным движением курдов?

— Курдское освободительное движение и другие организации… К примеру, мы — левая организация, но я курд. Множество курдов состоит во всех организациях, не только в курдских организациях. Во всех марксистско-ленинских организациях в Турции есть курды, много курдов, потому что курдов вообще очень много в Турции. Может быть около 25 миллионов. И у нас есть контакты в Курдистане, мы с ними работали, занимались совместными действиями. Но мы не поддерживаем их в вопросе Эрдогана и США. Мы этого не хотим. Мы хотим бороться против империализма, но они не антиимпериалисты. Они только и знают — курды, курды, курды… Не турки, не азербайджанцы, не черкесы, не цыгане, не албанцы…

– Принесут ли анархические реформы в РПК и революция в Рожаве  демократию и социализм курдам, нет ли тут опасности в отходе от классического марксизма?

— Мы считаем, что бойцы в Роджаве и Кобани не являются революционерами в марксистко-ленинском понимании. Но они ведут очень усердную борьбу, мы поддерживаем их, и они очень много значат для курдского народа, курдских женщин и детей. В Роджава и Кобани очень достойные бойцы. Это победа для курдов. Но это не революция, потому что революция это другое, а они сотрудничают с империализмом. Американские солдаты… Пешмерга на своих шевронах носят американские флаги. И семьи РПК в Курдистане, в Урфа, в деревне Курдистана, говорят, что Обама — это то же самое, что и Апо (Абдулла Оджалан — прим. пер). Это их лозунг: «Слава Обаме!».  Просто американцы помогают им и Пешмерга в Роджаве и Кобани. Но это нехорошо. Для нашего будущего, для всемирного братства.

— Каковы ваши творческие планы?

— Мы сейчас работаем над новым альбомом, мы хотим посвятить его великому турецкому поэту Руги Су, в Турции он имеет такое же значение, как и Назым Хикмет. Он играл на багламе, на сазе. Он наш учитель. Он умер в 1985 году, мы сейчас работаем над новым альбомом в его честь,  и он выйдет, примерно через 6 месяцев. А в этом году Grup Yorum исполнилось 30 лет. Группа образовалась в 1985 году, и в этом году нам стукнуло 30 лет. Мы празднуем наше 30-летие. Мы устроили большой стадионный концерт в Турции, но правительство ПСР, фашисты и полиция нападают на наши концерты каждый раз. Они запретили нам выступать на стадионах. И поэтому мы сказали им: «стадионы — ваши, но все районы — наши». Мы проведем еще один большой концерт в этом году.

— Какие репрессии в последнее время применялись против группы властями?

— К примеру, мы с другом две недели назад сидели в заключении. У нас есть культурный центр в Стамбуле, и в 4 утра, рано утром, когда еще было темно, они напали на наш центр с оружием, вертолетами… Они не использовали насилие, но они его демонстрировали. Они разрушили всё: компьютеры, инструменты… Три дня мы провели в заключении, теперь мы свободны, но они постоянно на нас нападают: они запрещают наши концерты, они нападают на нас. К примеру, двоих наших участников схватили  неделю назад и теперь они в тюрьме.

— Что вы думаете об MLCP? Какие связи у вас есть с ними?

— MLCP не очень сильны в Курдистане. MLCP действует вместе с РПК. Не в одиночку. Раньше у них были какие-то организации, какая-то деятельность, но сейчас — нет.

— Что вы знаете об RedHack?

— Мы знаем их, они знают нас, иногда они помогают нам. К примеру, они помогли нас с сайтом. Когда хакеры атакуют нас, они атакуют их. Мы знаем друг друга. Мы поддерживаем их.

— Какие связи существуют между всеми левыми партиями?

— Связи не так сильны. Но иногда бывает иначе…  К примеру, 1 мая. Но и здесь есть вопросы: здесь и реформисты, и оппортунисты, и ревизионисты, если говорить словами Ленина и Сталина. Но у нас ведётся очень важная дискуссия на этот счёт. Некоторые из них поддерживают Эрдогана, а некоторые нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девять + три =